УПРАВЛЕНЧЕСКИЕ РЕСУРСЫ РОССИИ И ИХ БУДУЩЕЕ

Интеграция России в Европу - стратегическая задача для нашего общества и государства. Единственной социальной группой, для которой эта задача естественна и посильна - средний класс. Очень важно, что представители среднего класса в России - люди "международно ориентированные", - ездят за границу, знают иностранные языки, работают в Интернете. Они не ощущают себя в мире испуганными провинциалами, и в этом смысле коренным образом отличаются от квази-среднего класса советской эпохи (своих родителей), которые, так или иначе, обнаруживали не имеющие отношение к реальности представления о Западе и его образе жизни.

Развитие среднего класса в России сегодня для нашей страны равнозначно ответу на простой вопрос: являемся ли мы передовой страной XXI века или представляем останки империй XIX-XX веков. Экономически средний класс является хребтом западного (читай - цивилизованного, функционирующего по законам рыночной экономики) общества.

Рынок труда в постреформенной России

Если проследить эволюцию управленческого ресурса в постреформенной России, то обнаруживается следующая картина. Прежде всего, в начале 90-х гг. стало ясно, что управление в "советском стиле", доставшееся нам в наследство от плановой экономики, не сможет отвечать требованиям нового рыночного уклада жизни.

Управленческие кадры "советского образца" просто пропали как таковые при ликвидации различных управленческих звеньев.

Наиболее подготовленными к новой системе оказались молодые научные и комсомольские работники, не имевшие опыта "социалистической жизни" и внутренней системы цензуры. Если проследить судьбу действительно высоких профессионалов, то легко просматриваются два основных пути - это:

- миграция за рубеж, что касается в первую очередь научных и технических кадров;

- уход в мелкую коммерцию, финансовые и охранные структуры.

После кризиса 1992-1993 годов этот наиболее активный трудовой слой был "вымыт" и с большинства крупных оборонных предприятий. Даже неполная занятость, которая, как мыслилось, поможет при получении новых заказов собрать трудовой коллектив, не оправдала себя. Сегодня это практически невозможно, так как люди уже приспособились к новой схеме выживания и во многих случаях потеряли свою квалификацию. Поэтому квалификация работников, и особенно в сфере высоких технологий, была практически утеряна. Система профтехобразования тоже в значительной мере была утрачена и мы, по существу, вернулись к системе подготовки кадров прямо на производстве, что является разумным для подготовки кадров массовых и не очень квалифицированных профессий, но не обеспечивает потребность в высоко квалифицированных кадрах.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что в результате реформ было "потеряно" целое поколение жителей страны и вместо кадровой преемственности получен возрастной провал в кадрово-профессиональной системе практически во всех сферах деятельности.

По инициативе Экспертного института было проведено социологическое исследование, поставившее своей задачей оценить характеристику кадрового потенциала современного общества. Картина получилась следующая. Примерно 6% общества составляет "активное" население, что практически соответствует мировым характеристикам, так как это именно тот слой активных промышленников, предпринимателей, являющихся своего рода двигателями, основными генераторами идей и в бизнесе, и в науке.

Следующая градация людей (около 27%) - это люди, которые сориентированы в первую очередь на то, чтобы повторять поведение людей, которые добились успеха. То есть, проще говоря, если мой сосед поставил коммерческую палатку, начал торговать и начинает зарабатывать неплохие деньги, то и я начинаю повторять опыт удачливых, усваивая определенные навыки, правила поведения, моделируя ситуацию.

Но львиная доля населения России (более 50%) относится к тому типу людей, которые в значительной мере зависимы - и считают это правильным - от решения тех или иных властей. Это совершенно нормальная общинная структура приоритетов. В структуре данной категории высок процент сельского населения. Эта категория людей уверена, что их задача - выполнять то, что говорит Президент, мэр города, руководитель предприятия, Правительство и другие представители властных структур.

В последние годы ситуация стала несколько выравниваться. Растет процент экономически активных людей, происходит смена управленческого поколения.

В общественном сознании уже успела укрепиться мысль о том, что "средний класс" в стране появился, хотя еще много спорят о его российских атрибутах и "подлинности" по отношению к классическому западноевропейскому, всеми признанному "среднему классу". Одним из субъектов этого сектора общества является прослойка менеджеров-управленцев.

Уже сформировался определенный сегмент менеджеров, исповедующих цивилизованные стили управления. При этом нельзя сказать, что рынок полностью насыщен этим кадровым ресурсом. Спрос на прекрасно образованных, владеющих иностранными языками и опытом работы управленцев сейчас даже в Москве очень высок, не говоря о регионах, куда заманить такого специалиста имеют возможность только богатые предприятия - сырьевые экспортеры.

Первая волна управленцев нового стиля представляет собой категорию менеджеров, получивших закалку в годы экономических кризисов. Как правило, у них был опыт работы за рубежом, и в России они стали первопроходцами цивилизованного менеджмента. На данный момент уже можно говорить и о второй волне управленцев нового стиля. Это специалисты, еще не прошедшие через кризис - голодные, с горящими глазами и желанием работать. Управляющие ведущих рекрутинговых компаний заявляют, что большинство работодателей отдают предпочтение именно таким менеджерам. Особенно заметна эта тенденция в реальном секторе (производство). С точки зрения нанимателей, менеджеры предыдущего поколения стали слишком осторожны, да и услуги их стоят слишком дорого. Среди топ-менеджеров особым спросом пользуются финансовые директора, высококлассные юристы, маркетологи и генеральные директора. Их труд оценивается от 60 до 300 тысяч долларов в год в зависимости от сферы деятельности.

Отмечается потребность в топ-менеджерах со специализацией в какой-то определенной отрасли (например, фармацевтика или страхование).

Аналитики оценивают расстановку сил на менеджерском рынке как прогрессивную. После кризиса произошла стабилизация, и картина стала походить на 1997 год - также активно растет рынок и спрос на специалистов. Зарплаты топ-менеджеров за последний год возросли от 50% до 230%. Становится ясно, что рынок управленцев функционирует и, следовательно, можно говорить о наличии управленческого ресурса.

Несколько лет рекрутинговые компании жаловались на отсутствие подходящего управленческого персонала. Но, определив главную функцию топ-менеджмента - анализ рынка в целом, стратегическое планирование и принятие решений в масштабах ресурсов всего предприятия - сразу нашлись десятки и сотни россиян, вполне отвечающих этим требованиям.

В итоге главным вестником и индикатором перемен стал практически завершившийся процесс смены западных управляющих в российских представительствах иностранных компаний. Оказалось, что в российских условиях отечественные топ-менеджеры гораздо лучше могут разобраться в том, какие продукты и каких потребителей могут заинтересовать, и сформулировать стратегию компании на год (полугодие, квартал).

Итак, становится понятно, что кадровый ресурс управленцев на данный момент относительно насыщен. Главный вопрос заключается в том, как будет осуществляться преемственность управленческой династии, какое лицо будут иметь управленческие кадры следующего поколения?

Кадровые потенциалы молодежи

Потенциально сектор будущих управленцев сегодня представляет молодежь.

В первой половине 90-х годов молодежь стремилась в первую очередь сколотить капитал (кратчайший способ - торговля), в числе их жизненных ценностей высшее образование не занимало первых мест. Буквально несколько лет назад получение диплома часто виделось молодежи как формальная необходимость (достаточно высокий процент студентов составляли дети обеспеченных семей, часто поступивших в ВУЗ "по блату" по родительскому научению). Перспектива устройства на работу редко связывалось с эксплуатацией знаний, полученных в ходе обучения. В то же время не иметь высшего образования стало просто неприлично даже среди тех, кто зарабатывал на продажах "Сникерсов", и вереница абитуриентов, слабо представляющих себе ценность будущего диплома, направлялась подавать документы в ВУЗы.

Последние несколько лет явно просматривается тенденция к повышению ценности высшего образования, с которым будущие специалисты непосредственно связывают свой успех. Резко сократилось количество абитуриентов, подающих документы в ВУЗ по настоянию родителей. Родительский фактор представлен в другом амплуа - те, кто признают ценность высшего образования, вышли из семей, в которых старшее поколение имело высшее или специальное среднее образование и зачастую занимает руководящие должности.

Также одним из мотивов обучения в университетах в первой половине 90-х годов были расчеты на дальнейшее трудоустройство за рубежом. В настоящий момент, когда в центральных регионах труд высококвалифицированных специалистов достойно оплачивается, у студентов появляется все меньше желания работать за границей. Пример управленцев, успешно работающих на российском рынке, является для них прекрасным вариантом их собственного будущего.

Весной 2001 года проводилось исследование, посвященное изучению взглядов и стремлений выпускников общеобразовательных школ (развернутые результаты смотри в "Коммерсант-Власть" от 15 мая 2001 года).

Говоря о молодежи и перспективах их будущего поиска своего места в жизни нельзя, не затронуть проблему "золотой молодежи". Менее 5% школьников-выпускников, считающих себя людьми высокого материального положения, собираются и впредь оставаться богатыми и занимать руководящие должности, получая зарплату не менее $2000-3000. Им привлекателен прежде всего частный бизнес, а самая популярная профессия - юрист. Справедливости ради следует отметить, что молодые люди слабо представляют себе, каким образом они претворят в жизнь свои ожидания. "Золотая молодежь" воспитывается в обеспеченных семьях, для них будущее не связано с проявлением личной инициативы в достижении трудовых успехов. Для этих ребят работа стоит не на первом месте. Главное - досуг. Как правило, они числятся в ВУЗах, сдают экзаменационную сессию с помощью "взяток" преподавателям, но относятся к своему обучению халатно. Рассчитывая на помощь семьи в их дальнейшем трудоустройстве, они не уделяют много времени своему образованию. Да и успехи в будущей деятельности они не связывают с качеством диплома. Эти молодые люди предпочитают "тусоваться" в ночных клубах, а утром засыпать на скучных для них лекциях.

Кстати, от успеваемости зависит оценка школьниками важности досуга и свободного времени. Лентяи и неуспевающие больше дорожат свободным временем, они меньше ценят работу.

Дети из малообеспеченных семей, или попросту "бедные" - это тема для отдельного исследования. Большая половина опрошенных относила себя и членов своих семей к группе, живущей на грани прожиточного минимума (52,6%). Среди них мало кто становятся студентами, и они ради высокого социально-экономического статуса готовы буквально на все. Им представляется, что высокие доходы могут иметь те, кто занимает только руководящие должности. Они не склонны работать по найму и мечтают об организации собственного бизнеса. Для них характерен высокий уровень материальных ожиданий, без уделения внимания самому труду. Многие в своих представлениях о богатом будущем надеются на "счастливый случай".

Между "бедными" и "богатыми", особенно в последнее время все отчетливее проявляется "средний класс", имеющий свои характеристики и особенности. У тех выпускников, которые относят себя к среднему классу - (42,8%), стремление повысить свой социально-экономический статус не так ярко выражено, как во второй группе. Основным способом повышения своего статуса они считают получение высшего образования. Почти все стремятся учиться в институте или в университете, некоторые хотели бы обучаться в аспирантуре. Также для повышения своего материального статуса рассматривается возможный выезд за границу. "Средний класс" - единственная группа, где на первом плане находится работа, а не семья. В общем, картина достаточно позитивная - подростки любят работу, стремятся получить образование и рассчитывают на помощь семьи. Именно они представляют собой основной кадровый потенциал будущей управленческой элиты.

Результаты этого опроса отражают тенденции молодежного стремления к достойному существованию и пониманию того, что оно зависит от них самих. Нельзя утверждать, что очень большой процент окажется в категории управленцев высшего звена, но те, кто смогут это сделать - будут достойными наследниками бывалых, имеющих за плечами опыт кризисного управления "старых" топ-менеджеров, которым сегодня только чуть-чуть за тридцать.

Ольга Жаренова

"ЭЛИТА" И "НЕЭЛИТА" "ЭЛИТА" и "НЕЭЛИТА"

Довольно часто в обыденной жизни встречается слово "элита", и, полагаю, не сильно ошибусь, если предположу, что у каждого человека под этим понятием подразумевается что-то свое, осязаемое на уровне эмоций. Чаще всего это определение сводится к отличительным особенностям некоего довольно узкого слоя населения, которые оцениваются как положительные.

При этом при попытке ответить на вопрос, что же на самом деле такое "элита российского общества", в воздухе повисает большой знак вопроса. В результате назрела острая необходимость разобраться в данном вопросе, и со мной любезно согласился поговорить автор ряда работ по теме элит, ведущий эксперт "Агентства политического планирования" Олег Вите.

Ф.С.К.: Уважаемый Олег! Давайте попробуем определить, что же такое "элита", в том числе и элита российского общества, кого правомерно причислять к элите?

О.В.: Это вопрос в большей степени теоретический. Мне ближе всего позиция, которую можно обозначить так: элита - это, прежде всего, функция.

Если суммировать все, то функция элиты - это превращение некоей общности в целое, в "коллективный субъект", в государственный организм. Те люди, которые выполняют эту функцию, относятся к элите. Это не вопрос образования, или чего-то иного - все это не является признаком элиты. Можно утверждать, что в данном обществе элита такая, а в другом она будет другая. В одном случае, например, ей образование очень нужно, а в другом не очень. Наличие или отсутствие образования - это не дифференцирующий признак, отличающий "элиту" от "неэлиты". Это первое замечание.

Далее элиту можно разделять на сегменты. Существует элита административная, или бюрократия. Можно выделять среди бюрократии элиту, относящуюся, например, к силовым структурам, у них своя специфика.

Можно говорить об элите экономической - это часть элиты, которая, в конечном счете, предъявляет платежеспособный спрос на услуги остальных сегментов элиты. Какая-то часть бизнеса - это, безусловно, элита для общества.

Также следует говорить об идеологической элите. Эта часть элиты, которая формирует некие ценности, при этом как она их формирует, и какие - это другой вопрос. Если она формирует "плохие" ценности, то это не говорит о том, что она не элита, а указывает лишь на то, что существует кризис отношений между элитой и обществом.

Далее можно выделять политическую элиту - это некий высший уровень государственных чиновников. Например, министр - это скорее политическая, нежели административная элита.

Между этими сегментами может быть переток, одна перетекает в другую. В качестве иллюстрации этого тезиса можно привести такую ситуацию. Был период, когда почти во всех странах бывшего соцлагеря происходил переход к демократическому устройству, и в силу того, что условий для формирования политической элиты не было, или почти нигде не было, то в значительной мере недостаток в политической элите восполнялся за счет перетока части представителей идеологической элиты в политическую: писателей, композиторов и т.п. Или, например, в России первые попытки перетока представителей экономической элиты в политическую совершили Черномырдин, Каданников, Потанин.

Ф.С.К.: Что еще можно сказать об элите, кроме того, что элита несет определенную функциональную нагрузку. А так же, что она разделена на сегменты, и представители разных сегментов имеют возможность "перетекать" из одного в другой?

О.В.: Теперь - второе замечание. Важно понимать - в отличие от структурирования по классовому признаку, предполагающего наличие двух полюсов, анализ элиты демонстрирует ее (как элемента социальной структуры) бесполюсность. Новозеландский социолог, занимающийся теорией элиты, как-то заметил, что существует только одна социальная группа - элита. Логика этого анализа такова, что у элиты нет пары, она единственна "часть" целого с этим целом не совпадающая.

Такое различие "классового" и "элитного" подхода к социальной структуре соответствует различию между "дихотомической" и "иерархической" типами организации, введенному социологом Дарендорфом.

Элита - это иерархия, "лестница", постепенно (сверху вниз) сходящая на нет. Если взять типичную советскую элиту - "номенклатуру", то на ее примере этот тезис можно пояснить с максимальной наглядностью. Для этой иерархии было характерно, что находящиеся на каждой из ступеней люди ассоциировали себя с народом, а вышестоящих начальников причисляли к элите. Поэтому, к слову сказать, точнее говорить не об отношениях "элита - масса", как принято по аналоги с классовой дихотомией, а об отношении элиты, как части общества ко всему обществу.

Ф.С.К.: Давайте попробуем побеседовать о некоторых обязательных характеристиках, определяющих принадлежность к элите: например, о важности получения хорошего образования. Вы уже высказывались по этому поводу выше, но, в данном случае я буду выступать в качестве проводника обывательской идеологии, в которой существует мнение о том, что образование просто необходимо.

О.В.: На самом деле оно совершенно не обязательно. При этом хорошее образование - не есть условие принадлежности к элите. В некоторых сферах элиты оно просто необходимо. Например, принадлежность к идеологической элите без высшего образования представить довольно сложно. В экономической элите без образования вполне можно, есть примеры влиятельных и сильных людей, не имеющих достаточного образования.

Важно не привносить в обсуждение вопроса элиты никаких оценочных характеристик, это из другой области. Образованность - это все-таки оценочная характеристика. В разговоре об элите не приемлемы никакие определения типа "лучший" или "хороший".

Ф.С.К.: Насколько эффективным Вам кажется пребывание на руководящих постах людей, возраст которых уже перевалил за 50-тилетний рубеж?

О.В.: Если мы говорим о том, что есть реального в современной России, то, вероятнее всего, правильнее было бы задать вопрос по-другому: "А смогла ли ситуация сложиться иначе?". Например, бизнес-элиты до Перестройки вообще практически не было или она была частью административно-управленческой элиты. Несмотря на то, что за последние 30-40 лет существования советской власти она сильно обособилась, развивалась по своим законам, все-таки она очень сильно отличается от сегодняшней частной бизнес-элиты. Понятно, что политическая элита разрушилась сильнее всего и быстрее всего. Но также произошло и то, что параллельно и не менее сильно разрушилась элита идеологическая. Вероятно, это случилось потому, что именно эта, идеологическая элита приложила руку к всеобщему развалу и в результате не получила ничего, кроме разочарования. Существовала некая формула разрушения коммунистического режима, которая мало кем осознавалась, но реально существовал именно такой подтекст: "Вот сейчас прогоним коммунистов, и получим все то, что они нам обещали". До сих пор идеологическая элита не сложилась, и в наименьшей степени (из всех сегментов элиты) способна выполнять свою функцию в российском обществе.

Ф.С.К.: Таким образом, понятно, что идеологическая элита, которая призвана формировать ценностные ориентиры, не может функционировать эффективно в силу реально сложившихся обстоятельств. Так же очевиден и тот факт, что никакие возрастные характеристики в данном процессе не имели значения. А что же иные сегменты элиты, какова может быть оценка их эффективности?

О.В.: Последние года три очень поднялась бизнес-элита. Не просто как бизнес, а в ее развитии произошел очень важный процесс, который имеет серьезные последствия: удлинился горизонт интересов. Впервые за годы реформ у правительства появился реальный "коллективный субъект", способный предъявлять платежеспособный спрос на "общие правила". В свою очередь правительство перестало быть независимым: если раньше оно опиралось исключительно на теоретические представления о том, что хорошо, а что плохо, что нужно, а что нет, то теперь оно вынуждено считаться со спросом на свою политику со стороны сильного и уже неплохо организованного "потребителя".

Что касается административной элиты, то все упирается в административную реформу. Государство начало превращаться в государство только при В.Путине, до этого государства как реального субъекта не было, реальность единого субъекта "государство" распространялась на очень узкий круг вопросов. Государство оказалось "приватизированным". Каждый чиновник стремился превратить свой участок работы в частную лавочку, в которой выполнялись какие-то услуги, получая за это вознаграждение. Сейчас это положение несколько изменилось, но о высокой эффективности пока говорить не приходится.

Ф.С.К.: Каковы перспективы дальнейшего развития элиты, существует ли надежда на омоложение кадров?

О.В.: Во что упирается омоложение кадров? Первое, это конкурентоспособность на рынке труда. Понятно, что любой человек, появляющийся на рынке труда стремится, зарабатывать "в белую". Существует серьезный разрыв в уровне оплаты труда на коммерческих предприятиях и в государственных ведомствах. Для того, чтобы получать эквивалент того, что ты можешь заработать в частной фирме, на государственной службе надо очень постараться, даже "не в очень белую" это будет не просто, надо что-то придумывать. Это означает, что только в очень редких случаях молодежь пойдет работать на те посты, которые ныне занимают старые кадры.

С другой стороны, у общества сложилось определенное отношение к государственным чиновникам, которое не способствует стремлению идти работать в эти структуры.

Это главные препятствия, которые стоят перед человеком, который делает выбор. Подобные проблемы простым повышением заработной платы не решишь, необходимо не только и даже не столько сокращение числа чиновников, сколько сокращение и рационализация полномочий. Это очень тяжелая и долгая работа.

Ф.С.К.: Каковы ваши прогнозы, как скоро на смену старым кадрам придет молодежь, каких сфер, в основном, этот процесс может коснуться?

О.В.: В ближайшие 5 лет для выучившихся на менеджера уход в бизнес будет существенно привлекательнее. Если административная реформа действительно начнется, то лет через десять-пятнадцать можно будет увидеть первые необратимые результаты. По крайней мере, по моим прогнозам, именно к этому времени будут созданы первые реальные условия для смены старых кадров и прихода на их место новых. Через десять-двадцать лет доля молодежи в российской элите будет гораздо больше. Особенно эти изменения затронут государственные структуры. Так же должна начаться активная циркуляция, между государственным управлением и бизнесом. Это необходимо, так как в настоящее время существует еще одна серьезная проблема: если государственная карьера для молодого человека на каком-то этапе обрывается, и нет возможности вернуться в бизнес, то встает вопрос - что же делать дальше. Либо он должен на протяжении всей своей государственной карьеры заниматься выстраиванием для себя площадки, куда он уйдет, либо должны формироваться цивилизованные подходы к ротации кадров.

Таким образом, на лицо вполне оптимистичный прогноз, если, конечно, "все пойдет удачно".

Беседу вела Алла Бундина